Записал Равиль ЗАРИПОВ. Издательский дом "Трибуна"

Если вы в Эстонии обратитесь на русском языке за помощью в полицию или попытаетесь вызвать «скорую», вам могут отказать на законном основании. В стране существует закон, согласно которому любое обращение в государственные органы должно производиться либо на эстонском языке, либо при помощи переводчика, которого оплачивает тот, кто обращается. Хотя понятно, что в случае с экстренным вызовом («скорой помощи», полиции или спасателей) предложение сбегать за переводчиком выглядит не анекдотом, а форменным издевательством.

Предложенная ситуация – лишь один из эпизодов в длинной череде дискриминационных запретов по отношению к русскоязычному населению в странах Прибалтики. Уже многие годы в России говорится на разных уровнях об ущемлении их прав, а ситуация лучше не становится. Почему это происходит?

С этого вопроса началась беседа с гостем «Трибуны» – директором Института политических исследований, депутатом Государственной думы РФ Сергеем МАРКОВЫМ.

– Я думаю, по отношению к этой проблеме формулировка «страны Балтии» является некорректной. Литва является вполне демократической страной, а в Латвии и Эстонии существует развитая система законодательства по дискриминации населения по национальному признаку. Эта система является изощренной, хитроумной, коварной и, я бы сказал, дьявольской. Она имеет главную цель – не дать политических, экономических прав большой части русскоязычного населения, не дать им влиять на правительственную политику и вытолкнуть их за пределы этих стран. Это откровенная дискриминация людей на том основании, что они близки корнями к России.

С этой целью в Латвии и Эстонии придуман институт «неграждан» – как главный юридический инструмент по дискриминации людей по национальному признаку. На сегодня в Латвии так называемыми «негражданами» являются 16% населения, в Эстонии – 12% жителей. Надо сказать, существование такого института – это уникальное явление, не имеющее аналогов в современной Европе. За последние двадцать лет карта Европы претерпела существенные изменения. Но нет примеров, когда при распаде страны какая-то часть населения, захватив власть, дискриминировала другую часть граждан.

– Когда узнаешь об очередном факте притеснения или, если хотите, – апартеида по отношению к русскоязычному населению этих стран, то многое не укладывается в сознании. Ведь не так уж давно депутаты от Латвии, Эстонии выступали с трибун съездов Верховного Совета СССР в защиту демократических процессов, прав человека не только в Прибалтике, но и на всей территории Советского Союза.

– Согласен, у нас даже мысли не возникало, что такое может случиться. Но когда произошел распад СССР, мы признали независимость прибалтийских стран, те же «защитники» демократии заявили русским – у нас будут политические права, мы будем членами парламента, а вы будете никем, людьми «второго сорта». С помощью созданного института «неграждан» формируются конкретные дискриминационные шаги.

Первое – запрет на участие в выборах. В результате этого оказалась «смещенной» политическая ситуация, и реальное волеизъявление населения Латвии и Эстонии не реализуется в составе правительства. Поэтому нынешние правительства этих стран не могут считаться демократическими, поскольку не опираются на всеобщее голосование.

Второе направление – дискриминация в социально-экономической сфере. Так называемые «неграждане» были отстранены от части приватизации, имеют проблемы в сфере недвижимости, например, лишены права свободно покупать и продавать землю. В отношении них применяются ограничения по профессиям – преподавателей, научных работников, адвокатов. Таким образом, делается попытка сделать русских не только людьми «второго сорта», но и нищими.

Третье – последовательная политика уничтожения русского языка в Латвии и Эстонии. Следует сказать, что в этих странах чрезвычайно высок процент населения, говорящего на русском языке. В Латвии эта цифра составляет от 35 до 40%, в Эстонии порядка 25% населения – это русские или их потомки. При такой высокой численности русскому языку не предоставлено никакого социального статуса. Осуществляется официальная политика вытеснения русского языка из всех сфер общественной жизни. Например, выдвигаются запреты разговаривать русским друг с другом на родном языке в здании парламента, судебных органах, средствах массовой информации, системе образования.

В соответствии с этим проводится демонтаж системы русскоязычного образования. В вузах закрыты русскоязычные потоки. Обучение на русском языке сохранилось лишь на уровне средней школы. Но осуществляются последовательные шаги по закрытию таких школ. Ставится целью их полная ликвидация.

Наконец, правительствами этих стран проводятся репрессии против ветеранов Великой Отечественной войны по обвинению их в геноциде. Все мы помним громкое дело ветерана-антифашиста Кононова, осужденного латвийским судом по обвинениям в совершении военных преступлений и вынужденного обратиться в Страсбургский суд.

Когда я стал заниматься изучением этого вопроса, то, откровенно говоря, не рассчитывал, что удастся докопаться до истины. Ведь все это представлялось как циничное убийство русскими латышей. Оказалось, дело обстояло иначе. Все юридически обосновано и документировано. Расстрелянные латыши были уничтожены по приговору партизанского суда. Есть документы, в которых это решение зафиксировано. Основанием для такого решения послужил факт того, что эти люди были пособниками немецкого командования, участвовали в операции по уничтожению партизанской группы, которую заманили в здание, окружили и там уничтожили. Поэтому Кононов и его товарищи исполняли решение суда. В июле 2008 года Европейский суд оправдал Кононова.

– Сергей Александрович, говоря о положении русских в Прибалтике, нельзя не учитывать тот факт, что далеко не все из них стремятся пройти процесс натурализации, интегрироваться в местное сообщество. Не все стремятся изучать эстонский или латышский язык Вы согласны с этим?

– Все, кто хочет добиться успеха, вынуждены учить латышский или эстонский язык. Это нормально. Но при этом у них есть право давать образование своим детям на русском языке. Это право во всем мире признано демократическим, и это право мы должны защищать. Что же касается института натурализации, то для того, чтобы перейти из «неграждан» в статус гражданина, надо соответствовать требованиям, которые трудновыполнимы. Во-первых, это жесточайший экзамен по языку.

Достаточно сказать, что не все эстонцы или латыши, владеющие родным языком, в состоянии сдать этот экзамен. Во-вторых, это экзамен по истории. По своей сути, он является процедурой морального унижения, через которую должен пройти человек, желающий получить гражданство. На этом экзамене испытуемый должен сказать, что русские совершили многочисленные преступления, что они оккупанты. Содержание этого экзамена основано на откровенной фальсификации истории.

– Однако при всех этих притеснениях русскоязычное население не стремится переезжать в Россию. И это один из главных аргументов политиков Латвии и Эстонии.

– Я считаю, что этот аргумент заимствован у расистов Южной Африки. Там всегда заявляли – черные не уезжают из ЮАР. Наоборот, они бегут туда из Мозамбика, из Анголы, чтобы работать в ЮАР. Но это объяснялось не уровнем демократии в ЮАР, а уровнем ее экономического развития.

То, что русскоязычное население остается в Латвии и Эстонии, объясняется высоким уровнем развития Евросоюза, возможностью путешествовать, в том числе в поисках работы. И когда этот аргумент пытаются использовать в Латвии и Эстонии, это говорит о глубоком внутреннем родстве режима «жесткого» апартеида в ЮАР и режима «мягкого» апартеида в этих странах.

– Латвия и Эстония входят в Европейский союз, исповедующий уважение к правам человека и национальных меньшинств. Как относится Евросоюз к сложившейся ситуации?

– Отношение двоякое. С одной стороны, Евросоюз де-факто признал юридическое оформление дискриминации в Латвии и Эстонии. Несмотря на откровенное подавление демократических прав огромного числа людей, в странах Евросоюза дискриминация против русских признана политически корректной. В противном случае придется признать, что в Евросоюзе есть недемократические страны.

С другой стороны, все европейские политики признают наличие проблемы. В той или иной форме все международные наблюдатели, «стиснув зубы», признают эту систему не вполне демократической и говорят «о дефиците демократии». Мы стараемся довести до наших коллег в Евросоюзе понимание того, что ситуация ухудшается. России надо добиваться того, чтобы страны Евросоюза, не признавая этот факт на официальном уровне, неофициально понимали, что это так на самом деле. И надо сказать, что политика Латвии и Эстонии вызывает все большее раздражение у представителей этой международной организации. Они не могут не видеть, что эти страны пытаются поссорить Евросоюз с Россией.

– Какие шаги предпринимает Россия на межправительственном уровне?

– Разумеется, ни одно демократическое правительство России не может согласиться с дискриминацией русскоязычного населения в Латвии и Эстонии. Мы неоднократно ставили этот вопрос на межправительственном уровне. Однако власти этих стран не хотят по доброй воле вести с нами переговоры по поводу прав русских. Иногда под давлением Евросоюза и международных организаций они создают видимость таких переговоров.

Модель переговорного процесса напоминает существовавший ранее диалог между Советским Союзом и Западом. В свое время мы предлагали Европе заниматься экономическим сотрудничеством и не увязывать его с правами человека в СССР. Запад же предлагал рассматривать ситуацию не раздельно, а в целом. Сегодня власти Латвии и Эстонии, ведя с нами переговоры об экономическом сотрудничестве, предлагают не «прицеплять» к ним тему прав русскоязычного населения. Разумеется, мы стараемся обсуждать это в одном пакете. Сегодня Латвия и Эстония в положении СССР, который они так ненавидят.

Нашей целью не является свертывание отношений с правительством Латвии и Эстонии. Мы должны проводить по отношению к ним политику разрядки и воспользоваться такой политикой для демократизации этих стран.

– Латвия осуществляет транзит наших товаров и грузов. Это одна из главных статей ее дохода. Может быть, для нее экономические рычаги воздействия будут более убедительными аргументами в переговорном процессе?

– Здесь нужно поступать очень аккуратно. Во всем мире такого рода давление рассматривается как агрессивная политика. В этом случае они получают мощную политическую поддержку на Западе. Такого рода конфликты, провокации тут же используются правительствами Латвии и Эстонии. Они бегут по западным столицам с криками, чтобы «защитили маленькие гордые народы, которые находятся под давлением огромной империи». И Евросоюз их защищает. Тогда становится нелогично встать на сторону России, чтобы отстаивать интересы русскоязычного населения в Балтии.

Страны Запада должны четко понимать, что замалчивание этой проблемы может привести к ситуации, которая сложилась в свое время в США. Американцы считали, что поскольку в стране афроамериканцев меньше, чем белых, то к ним можно относиться как к людям «второго сорта». Это вылилось в революцию Мартина Лютера Кинга, и в создание террористической организации «Черные пантеры».

Если подавление русских в странах Латвии и Эстонии будет продолжаться, то эта часть населения будет вынуждена прибегнуть к акциям протеста, демонстрациям. Ситуация вокруг «Бронзового солдата» – это только первый шаг в этом направлении. Не стоит также удивляться, если найдутся русские, желающие воспользоваться методами «Черных пантер», станут прибегать к актам насилия и гражданского неповиновения. Нам этого не хотелось бы, но это может произойти. И вся вина за это ляжет на недемократические власти Латвии и Эстонии.

– Сергей Александрович, складывается впечатление, что наша внешняя политика в этом вопросе выглядит крайне «рыхлой» и уж точно не наступательной. В то же время другие страны ведут себя иначе. К примеру, рассмотрим ситуацию в Азербайджане. Посольство Турции открыто помогает в создании организаций, выпуске газет для настроенной протурецки части жителей Азербайджана. Не скрываясь, работают американцы, англичане. Не кажется ли вам, что России нужно больше официально помогать деньгами нашим русским общинам?

– Согласен, здесь есть проблема. Что касается гуманитарных программ – поддержки языка, поддержки неправительственных организаций – мы слаборазвитая страна, даже по сравнению с Турцией или Венгрией. Мы недооцениваем значение этих инструментов. На мой взгляд, это серьезная политическая ошибка. В ХХ веке главной силой воздействия считались танки, пушки, самолеты. С точки зрения реальных политических войн, которые сегодня ведутся, главной «армией» на полях сражений стали фонды, центры, гранты. По сравнению с прошлым веком, эта российская армия ничтожна. С этой точки зрения мы должны изменить нашу внешнюю политику. Как известно, тот, кто не платит своей армии, платит чужой.

– Впервые за 800 лет мэром Риги избран представитель русской нации Нил Ушаков. За него проголосовала многочисленная русская община. Но на смену оптимизму пришло разочарование. Одним из первых шагов нового мэра стало закрытие ряда русскоязычных школ.

Другой пример. При выборах в Европарламент основными конкурентами в Латвии были две русскоязычные партии, которые поливали друг друга бранью. Все это тиражировалось в латвийских СМИ. Как вы оцениваете столь разобщенную деятельность русскоязычных организаций в этих странах?

– Избрание Ушакова – это большая серьезная победа. Что получится сейчас, неизвестно. Он слишком далеко пошел по пути компромисса с националистами. Принял несколько неправильных решений по закрытию русских школ, посетил Музей оккупации, выделяет пособия нацистам. Не уверен, что он станет Юрием Михайловичем Лужковым для жителей Риги. Но мы верим в него. Компромиссы неизбежны.

 Что же касается политических, общественных, неправительственных организаций, отстаивающих интересы русскоязычного населения, они слабые и плохо организованы. Это действительно тяжелая ситуация. Она объясняется и тем, что эстонские и латвийские власти активно работают «на развал» этих организаций, засылают туда своих агентов. По сути, в рамках демократического общества активно работает «охранка».

– Сергей Александрович, вы хотите сказать, что власти этих стран используют спецслужбы против русскоязычных общин?

– Именно так. Спецслужбы Латвии и Эстонии превратились в тайную политическую полицию, главной целью которой является развал изнутри политических организаций, представляющих интересы русско-культурного населения этих государств. Я тесно сотрудничаю с нашими коллегами из организации «Ночной дозор», занимающейся защитой и охраной «Бронзового солдата». Мы прекрасно видим, как работают эти спецслужбы. И я ставил и буду продолжать ставить вопрос в Парламентской ассамблее Совета Европы, чтобы провести международное расследование. Уверен, что такое расследование покажет, что спецслужбы Латвии и Эстонии осуществляют свою деятельность в неправовом пространстве, в частности, против организации «Ночной дозор». Считаю, что такое расследование деятельности спецслужб должно быть проведено в парламентах этих стран. Разумеется, оно должно происходить с привлечением международных наблюдателей, поскольку политические системы Латвии и Эстонии нельзя считать демократическими.

– Какие цели должна ставить Россия по организации работы русскоязычных общин в Латвии и Эстонии?

– Я считаю, что нашей целью в этих странах должно стать формирование мощной русскоязычной партии, которая в политической системе занимала бы такую роль, какую занимает, к примеру, турецкая партия в политической системе Болгарии. Я бы считал необходимым пригласить за «круглый стол» всех представителей политических, об-щественных, неправительственных организаций, отстаивающих интересы русскоязычного населения в этих странах. Далее – все организовываются, выбирают председателей, заместителей и начинают слаженную работу в едином русле. Кто отказывается организовываться, не в состоянии – значит, они агенты, работающие на развал.

Цель должна быть следующая – полная демократия в Латвии и Эстонии. Нам нужна сильная партия, которая в конечном итоге могла бы решать – кто создаст правительство в этих странах.